Loader

Больше нет никакой великой русской культуры

Каждый раз, когда вы будете говорить о великом русском балете, я буду рассказывать вам историю неоднократно изнасилованной на глазах у родителей, а затем похищенной русскими извергами молодой учительницы из Броваров. Про десятки, а может и сотни изнасилованных украинских женщин. Часто на глазах у детей. Про 15-16 летних девочек с Бородянки, которые испытали страшного насилия кадыровцами. Про тела пятерых изнасилованных молодых девушек, убитых и брошеных прямо на дороге. Про это мерзкое «будем тра*ать хохлушек» в перехватах. Вот что я вам скажу в ответ о гонимом великом русском балете.

Каждый раз когда вы будете мне говорит о великих русских композиторах, я буду вам рассказывать историю девочки, на глазах который и ее маленького брата в мариупольском подвале не один день умирала их мама. А потом с трупом мёртвой мамы дети были вынуждены и дальше прятаться в подвале от обстрелов. Про мальчика с Гостомеля, на глазах которого российские солдаты расстреляли его отца. А потом хотели убить и сына, но тот выжил. Про девочку которой выстрелили прямой лицо. Про малыша который убегал вместе а бабушкой на лодке. Бабушка утонула. А мальчика ищут уже почти месяц. Вот что я вам скажу в ответ о гонимых великих русских композиторах.

Каждый раз, когда мы будете мне говорить про великую русскую живопись, я буду вам говорить о расстрелянных в спину мирных украинцев в Макаровском районе. А перед тем, как расстрелять, орки завязывали им руки. Про сотни трупов на улицах Бучи, Ирпеня, Гостомеля. Про братские могилы в дворах жилых кварталов. Братские могилы мирных жителей до недавнего времени уютных и безлопастных городов. Братские могилы. В 21 веке. Вот что я вам скажу в ответ о гонимой великой русской живописи.

Каждый раз, когда вы будете говорить о великом русском театре, я буду вам рассказывать истомы женщины с Броварского района, из дома которой русские мародеры, отступая, снимали металлочерепицу. Про танки и БТРы «второй армии мира» нагружены до краев награбленным в украинских домах. Украденные телефоны, планшеты, телевизоры, стиральные машинки, ковры, украшения, бутылки с алкоголем, сковородки, одежда, игрушки, обувь – все, что случалось на пути этим ублюдкам. О том, как добравшись до Беларуси, они наперегонки отправляли награбленное своим семьям в Россию. О том, как торговали ворованным на белорусских базарах. Вот что я вам скажу в ответ о гонимом великом русском театре.

Каждый раз, когда вы будете рассказывать мне о великом русском кино, я буду рассказывать вам о жестоко расстрелянных конях в конюшнях Киевской области. О заморенных голодом и жажде животных зоопарка в Ясногородке. О сожженной после взрыва коже оленя. А теперь максимальное дикость… Об убитом и съеденном российскими оккупантами алабаями. Да, алабая. Да, собаки. Да, съеденной. Вот что я вам скажу в ответ о гонимом большом русском кино.

Каждый раз когда вы будете говорить о великой русской литературе, я буду вам рассказывать про десятки перехваченных разговоров русских солдатов с их материями и жёнами. Разговоров, в которых кроме на*уя и на*уй ничего нет. Разговоров, в которых жены заказывают, что им украсть в украинских домах. Разговоров, где матери смеются, когда сыночки рассказывают, как из собраться насиловали хохлушек. И если с этих разговоров выкинуть все маты, в них останется разве что «привет» и «пока». Вот что я вам скажу в ответ о гонимой великой русской литературе.

Больше нет никакой великой русской культуры, литературы, кино, живописи, театра и балета. Есть страна уродов, мародеров, насильников и убийц. Диких людей, которым нет места в цивилизованном мире.

А многострадальные новоиспеченные русские диссиденты в уютных квартирах Берлина, Лондона, Ларнаки, Милана, Тбилиси, Астаны, Вены и других временных приютов, пусть идут по маршруту русского корабля, гордо унося в руках большую русскую культуру!

#OlenaPshenychna

p.s. Если можете переводить и распространять на всех доступных вам языках, делайте это. И лучше копируйте, потому что вполне могут забанить. Русские они еще и очень обидчивы. А всех не забанят.

 

There is no longer any great Russian culture

Every time you talk about the great Russian ballet, I will tell you the story of a young teacher from Brovary who was repeatedly raped in front of her parents and then kidnapped by Russian monsters. About dozens, maybe hundreds of raped Ukrainian women. Often in front of children. About 15-16-year-old girls from Borodyanka who were subjected to terrible violence by Kadyrovites. About the bodies of five raped young girls, killed and left right on the road. About this vile “we will f*ck Ukrainians” in interceptions. Here’s what I’ll tell you in response to the persecuted great Russian ballet.
Every time you tell me about the great Russian composers, I will tell you the story of a girl and her little brother in front of which their mother had been dying for more than one day in the Mariupol basement. Then, with the corpse of a dead mother, the children were forced to continue to hide in the basement from shelling. About a boy from Gostomel, in front of whom Russian soldiers shot his father. Then they wanted to kill a son, but he survived. About a girl who was shot right in the face. About a child who went out with her grandmother in a boat. Grandma drowned and the boy has been looking for almost a month. Here’s what I’ll tell you in response to the persecuted great Russian composers.
Every time you tell me about the great Russian art, I will tell you about Ukrainian civilians shot in the back in the Makarivskyi district. Before they shot, the orcs tied their hands. About hundreds of corpses on the streets of Bucha, Irpin, Gostomel. About mass graves in the courtyards of residential areas. Mass graves of civilians cozy and safe cities until recently. Mass graves. In the 21st century. That’s what I’ll tell you in response to the persecuted great Russian painting.
Every time you tell me about the great Russian theater, I will tell you the story of a woman from the Brovarskyi district, from whose house Russian looters, retreating, removed the metal tile. About tanks and armored personnel carriers of the “second army of the world”, loaded to the brim with loot in Ukrainian homes. Stolen phones, tablets, TVs, washing machines, carpets, jewelry, bottles of alcohol, frying pans, clothes, toys, shoes – everything that got in the way of these bastards. About how, having reached Belarus, they raced to send the loot to their families in Russia. About how stolen goods were traded at Belarusian bazaars. That’s what I’ll tell you in response to the persecuted great Russian theater.
Every time you tell me about the great Russian cinema, I will tell you about the cruelly shot horses in the stables of the Kyiv region. About starved and thirsty zoo animals in Yasnogorodka. About the deer skin burned after the explosion. And now the maximum savagery … About the Alabai killed and eaten by the Russian invaders. Yes, Alabay. Yes, dog. Yes, was eaten. Here’s what I’ll tell you in response to the persecuted big Russian cinema.
Every time you tell me about great Russian literature, I will tell you about dozens of interceptions of conversations between Russian soldiers and their mothers and wives. Conversations in which there is nothing but f*ck and f*ck. Conversations in which wives order what to steal in Ukrainian homes. A conversation where mothers laugh when their sons tell how their brothers-in-arms rape Ukrainians. And if all the expletives are thrown out of these conversations, they will only have “hello” and “bye”. That’s what I’ll tell you in response to the persecuted great Russian literature.
There is no longer any great Russian culture, literature, cinema, painting, theater and ballet. There is a country of freaks, marauders, rapists and murderers. Wild people who have no place in the civilized world!
Long-suffering newly minted Russian dissidents in cozy apartments in Berlin, London, Larnaca, Milan, Tbilisi, Astana, Vienna and other temporary shelters, let them follow the route of the Russian ship, proudly carrying great Russian culture in their hands!
#OlenaPshenychna
p.s. If you can translate and disseminate in every language available to you, do so. And better copy, because they may well be banned. Russians are also very touchy. But everyone will not be banned.